Али Мамутов нуждается в медицинской помощи. В СИЗО ему не предоставляют лекарства

50-летнему Али Мамутову, два дня назад приговоренному судом к 14 годам заключения, требуется медицинская помощь. Об этом «Крымской солидарности» сообщила его жена Ленара Шейхислямова.

По словам женщины, у Мамутова наблюдается повышенный сахар в крови, появились камни в почках, начались боли в спине. Мужчина также «сильно похудел».

Кроме того, Али Мамутов сообщил, что его беспокоят гипертония, проблемы с сердцем и гепатит С. Как отметил политузник, последнее заболевание он приобрел уже после ареста, находясь в заключении.

После приговора, который Южный окружной военный суд вынес 21 мая, мужчина продолжает находиться в СИЗО-1 Ростова-на-Дону до рассмотрения апелляционной жалобы. В изоляторе ему не предоставляют ни лекарств, ни необходимого лечения. Медикаменты Али Мамутову старается передавать семья.

Напомним, дело «третьей Джакойской группы» Хизб ут-Тахрир* началось 5 марта 2024 года. В тот день, рано утром, в Бахчисарайском и Джанкойском районах Крыма российские силовики провели массовые обыски в домах крымских татар — Али Мамутова, Энвера Халилаева, Ремзи Куртнезирова, Вохида Мустафаева, Наримана Аметова, Арсена Кашка и др.

После задержаний мужчин обвинили в причастности к деятельности исламской политической партии Хизб ут-Тахрир*. В России организация признана террористической и запрещена с 2003 года, тогда как во многих странах мира, включая Украину, она действует легально и в своих программных документах отвергает насилие.

Фигурантам вменили участие и организацию деятельности Хизб ут-Тахрир*, а также подготовку к насильственному захвату власти, несмотря на отсутствие обвинений в подготовке терактов, оружия или взрывчатых веществ в материалах дела. Правозащитники неоднократно заявляли, что подобные процессы против крымских татар носят политически мотивированный характер и используются как инструмент давления на мусульманскую общину полуострова.

Обвинение в деле строится в том числе на нескольких аудиозаписях, сделанных в мечети села Лобаново Джанкойского района. Один из фигурантов, строитель Нариман Аметов, в суде отверг обвинения и заявил, что находился в мечети исключительно из-за строительных работ — он ремонтировал комнату для омовения по просьбе бывшего имама Ремзи Куртнезирова. По словам Аметова, с другими обвиняемыми он в основном пересекался во время ремонта или на публичных ифтарах.

Аметов также сообщал о нарушениях во время обыска. По его словам, силовики вошли в дом без разрешения, а документы после следственных действий он подписал без адвоката, поскольку впервые столкнулся с подобной ситуацией и не понимал, как действовать.

После арестов всех обвиняемых отправили в СИЗО, кроме Ремзи Куртнезирова, которого из-за тяжелого состояния здоровья поместили под домашний арест. Еще до ареста Куртнезиров перенес три инсульта, из-за чего у него парализовало всю правую сторону тела, и трепанацию черепа. У мужчины также диагностировали гипертонию и диабет, у него оформлена бессрочная инвалидность. Родные сообщали, что во время пребывания в крымской больнице на судебно-психиатрической экспертизе бывший имам похудел на 12 килограммов.

Энвер Халилаев во время процесса неоднократно жаловался на ухудшение здоровья — отит, сердечно-сосудистые заболевания и необходимость операции по удалению грыжи. Несмотря на это, суд регулярно продлевал ему срок содержания в следственном изоляторе.

Рассмотрение дела по существу началось в январе 2025 года. Все фигуранты отрицали участие в террористической деятельности и заявляли о давлении со стороны силовиков. Дело Арсена Кашка следствие выделила в отдельное производство.

Защита обращала внимание на показания скрытого свидетеля под псевдонимом «Эреджепов», который, по словам адвокатов, не смог подтвердить знакомство с фигурантами и допускал противоречия в своих показаниях.

Подсудимые также утверждали, что «запрещенная» литература была подброшена во время обысков. Нариман Аметов рассказывал, что силовики «подталкивали» его прикоснуться к найденным брошюрам, а Ремзи Куртнезиров заявлял, что его жена лично видела, как книги занесли в дом люди в масках. Энвер Халилаев говорил, что подписал протокол обыска под давлением, опасаясь за свою пожилую парализованную мать, за которой ухаживал до ареста.

21 мая этого года Южный окружной военный суд в ускоренном режиме поздно вечером решил огласить фигурантам дела приговор. Имама Ремзи Куртнезирова осудили на 20 лет лишения свободы, Наримана Аметова — на 15, Энвера Халилаева — на 14,5 лет заключения, а Вохида Мустафаева и Али Мамутова — на 14.

По приговору суда, Куртнезирова обязали отбыть первые четыре года срока в тюрьме. Остальных — первые два года. Оставшуюся часть сроков осужденные должны провести в исправительных колониях строгого режима.

По словам родных подсудимых, 21 мая суд неожиданно форсировал процесс и фактически за один день перешел от прений сторон и запроса сроков гособвинением к оглашению приговора. Заседания по делу, по словам дочери бывшего имама Ремзи Куртнезирова Эмине Ислямовой, проходили в крайне сжатом режиме.

Активисты и правозащитники связали такую практику с попыткой минимизировать общественное внимание и не допустить скопления людей у здания суда. По их мнению, ускоренный порядок рассмотрения и внезапное назначение оглашения приговора позволяют снизить общественный резонанс вокруг процессов над крымскими татарами и ограничить публичные проявления солидарности с обвиняемыми.

*Организация запрещена в РФ.

Али Мамутов. Фото: Крымская солидарность