Крымскотатарские политзаключенные дали свидетельские показания по делу пятерки Яшара Муединова

В Южном окружном военном суде по делу Энвера Аметова, Османа Арифмеметова, Яшара Муединова, Руслана Сулейманова и Рустема Шейхалиева были допрошены свидетели защиты из числа фигурантов этого дела. Об этом нам сообщила юрист Лиля Гемеджи. 

Свидетели Меджит Абдурахманов и Иззет Абдуллаев рассказали, что подсудимые не искали контакты с представителями госорганов, не сообщали о планах захвата власти в РФ и смене конституционного строя в России и о планах по совершению террористических действий.

Со слов адвоката, суд препятствовал допросу данных свидетелей: «Сегодня суд уже попытался нам дать понять, что данные формулировки они какие-то не такие. Я думаю, что все эти вопросы шли к тому, чтобы ограничить нас в праве допрашивать других свидетелей, но мы посмотрим как будет дальше идти ход судебного процесса», — отметила адвокат Гемеджи. 

Защита пыталась объяснить суду, что вынуждена работать, исходя из неконкретного обвинительного заключения, соответственно задавать различные вопросы свидетелям. 

В ходе заседания суд удовлетворил ходатайство государственного обвинителя о приобщении заявления на ознакомление с материалами дела другого политузника Зекирьи Муратова от имени прокурора Меченко, а также о приобщении титульного листа и копии решения Верховного Суда 2003 года из дела Зекирьи Муратова. 

«Обвинение было представлено. Но сегодня мы все видели, как подчищаются хвосты этого обвинения. Сегодня прокурор приложил к материалам уголовного дела решение Верховного суда от 2003 года. Хотя в томах уголовного дела уже было одно решение, вы, уважаемый суд, сами его зачитывали с недоумением», — заявляла адвокат Лиля Гемеджи. 

Также государственным обвинителем было заявлено второе ходатайство о приобщении сопроводительного письма из Центра экспертиз, согласно которому исследование было закончено не той датой, которая указана непосредственно в самом документе. 

Сопроводительное письмо было направлено руководителем экспертного центра следователю Махневу еще в 2020 году. Сегодня представлена в суде копия данного письма, заверенная тем же центром. У стороны защиты возник вопрос о судьбе оригинала и с какой бумаги было заверено данное сопроводительное письмо — заверялось ли оно с оригинала, либо заверялось с копии. «Суд счел, что этот документ не информативного характера и приобщил к материалам делам», — рассказала защитница. 

Следующее судебное заседание назначено на 26 апреля 14:00.

25 крымскотатарских общественных активистов — Руслан Сулейманов, Алим Каримов, Рустем Шейхалиев, Меджит Абдурахманов, Яшар Муединов, Билял Адилов, Джемиль Гафаров, Риза Изетов, Иззет Абдуллаев, Асан Яников, Шабан Умеров, Тофик Абдулгазиев, Сейтвели Сейтабдиев, Рустем Сейтхалилов, Аким Бекиров, Фарход Базаров, Сервет Газиев, Сейран Муртаза, Эрфан Османов, Осман Арифмеметов, Ремзи Бекиров, Эскендер Сулейманов, Энвер Аметов, Владлен Абдулкадыров и Раим Айвазов — обвиняются в причастности к исламской политической партии «Хизб ут-Тахрир», признанной в России террористической, но действующей без ограничения на уровне национальных законодательств многих стран мира. Большинство арестованных являются участниками правозащитного объединения «Крымская солидарность».

Организация «Хизб ут-Тахрир» была признана террористической 14 февраля 2003 года Верховным судом Российской Федерации в закрытом судебном заседании. Правозащитники полагают, что это решение вынесено необоснованно, с нарушением гласности и равенства сторон, так как в закрытом процессе участвовала лишь сторона обвинения, а именно ФСБ. Представители «Хизб ут-Тахрир» не имели возможности донести свою позицию в деле. До сегодняшнего момента суд отказывается обжаловать данное решение по различным причинам. Одной из них является то, что обвиняемые по делам «Хизб ут-Тахрир» не участвовала в изначальном процессе о запрете организации.

С января 2015 года уголовные дела о «Хизб ут-Тахрир» начали возбуждаться в Крыму, который перешел под контроль России. При этом в Украине деятельность «Хизб ут-Тахрир» не запрещена, активисты организации занимались выпуском газеты, могли открыто говорить в СМИ и проводить массовые публичные мероприятия.

Обвинительное заключение всех подобных дел опирается на лингвистико-психологические и религиоведческие экспертизы и показания секретных свидетелей. При этом результаты экспертиз зачастую невозможно оспорить — они выполнены в противоречивых условиях под руководством ФСБ, компетентность специалистов вызывает вопросы, а показания независимых экспертов, опровергающих данные исследования, суд не принимает во внимание.

Показания же засекреченных свидетелей вовсе невозможно проверить, несмотря на то, что они выступают в качестве основного доказательства обвинения. При допросе такие свидетели часто уходят от неудобных вопросов, их первичные показания отличаются от тех, которые они дают адвокатам, но суд принимает во внимание только их допросы, полученные с помощью ФСБ. Неоднократно сторона защиты заявляла суду, что знает личность некоторых скрытых свидетелей, утверждая, что те являются агентами спецслужб РФ и дают заведомо ложные показания. Несмотря на это, всякий раз суд отказывается раскрыть их личности, ссылаясь на некую угрозу жизни таких свидетелей. Юристами были зафиксированы подсказки секретным свидетелям, звуки перелистывания страниц и другие нарушения при допросе.